Купцу, который вёз алмазы из рудника Коллур близ Безвады (ныне Виджаявада) в Голконду (ныне Хайдарабад), следуя на северо-запад вдоль реки Кришна, лучше было отправляться во вторник или четверг — в 5-й, 13-й или 28-й день лунного месяца. Перед дорогой во вторник следовало съесть семена кориандра, а в четверг — немного джаггери — нерафинированного сахара. Торговля и без того опасна, и удача в пути не помешает. Риджал аль-гайб следовало оставить позади себя или по левую руку; направляться лицом к шукур-йылдыз, по этим поверьям, не следовало. Рассчитать всё это непросто. К счастью, как рассказывал английским читателям Джафар Шариф, учёные люди Деканского плато придумали множество мнемонических правил.
Эти схемы приведены в книге «Канун-и-ислам». Её перевёл и издал хирург Ост-Индской компании Герхард Херклотс, работавший с ныне утраченным урдуязычным оригиналом Шарифа — «подлинным языком Декана». Книга задумывалась как «подробное описание всех обычаев, принятых и соблюдаемых в Индии, особенно в Декане (в просторечии так называют полуостровную, то есть южную, часть Индии), последователями Аравийского пророка». Это было одно из первых крупных британских этнографических исследований мусульман Деканского плато — населения, над которым британцы постепенно устанавливали власть.
Глава 35, «О путешествиях», занимает лишь малую часть книги объёмом 570 страниц. В ней описывается всё, что делали мусульмане Декана и что нельзя было объяснить одним лишь исламом. Слово канун, изначально арабское, обозначало законы и обычаи за пределами шариата — исламской юриспруденции, основанной на Коране и преданиях о пророке. Шариф, преподаватель языка урду, подготовил книгу по заказу Херклотса на базе Ост-Индской компании в Мадрасе (ныне Ченнаи). Он кратко описал все этапы жизни индийского мусульманина — от рождения до смерти, — а также секс, праздники, магию и дружбу. Херклотс добавил несколько приложений, включая глоссарий и перечень названий одежды.
Ведическая астрология предлагает множество способов вычислить благоприятные дни для разных дел. Однако схемы и мнемонические правила для путешественников оказываются ещё более сложным переплетением идей и имперских влияний, проходивших через Центральную Азию. Возьмём главную астрономическую опасность для путников — риджал аль-гайб. Херклотс записывает это название как «риджал-ул-гайб», признаваясь, что при передаче слов полагался главным образом на слух. Он объясняет его как «невидимое существо, движущееся вокруг мира по круговой орбите». Но арабское выражение риджал аль-гайб означает «люди незримого»: так суфийские мистики, начиная с андалусского Ибн Араби, называли святых. Для суфиев путешествия были неизбежным злом, которого по возможности следовало избегать, но почти наверняка требовавшим заступничества святого. Тунч Шен пишет, что османские моряки пользовались рукописными таблицами, чтобы определить, когда и где появятся риджал аль-гайб. При этом неясно, следовало ли направляться к ним или держаться от них подальше. Одна такая схема — круглая, в отличие от квадратной схемы Шарифа, — помещена на правом форзаце анонимной османской астрономической рукописи, хранящейся в Национальной библиотеке Франции. Под ней набросана другая круговая схема — для расчёта киблы, направления на Мекку.
Стремление держаться подальше от риджал аль-гайб, возможно, слилось с традицией, связанной с «планетой», которую Херклотс называет «Скукур-и-Йылдыз». На самом деле это созвездие, известное под персидским названием сакизилдиз и турецким шукур-йылдыз. По словам Г. Л. Льюиса, этой приметы придерживался могольский император Бабур: во время сражения он следил, чтобы созвездие оставалось у него за спиной. Строго говоря, настоящим созвездием оно тоже не было: его не наблюдал ни один персидский, индийский или иной астроном. Представление о его зловредном влиянии, по-видимому, распространилось в западном Китае вместе с буддизмом, пришедшим туда из Индии. Оно стало популярным среди тюркоязычных правителей Центральной Азии, а затем, возможно, вернулось на Индийский субконтинент вместе с Моголами. Невидимое созвездие, конечно, нужно было как-то находить на карте; схема из османской турецкой рукописи показывает, как это делали.
Ни Херклотс, ни британский востоковед Уильям Крук, подготовивший новое издание «Канун-и-ислам» под вводящим в заблуждение названием «Ислам в Индии», похоже, не стремились проследить интеллектуальные истоки суеверий своих героев и пути их распространения. Впрочем, и Шариф, судя по всему, этим особенно не интересовался. В этих наставлениях важнее было объяснить путнику, как действовать, чем выяснить происхождение самих примет.